Многие приметы безошибочно указывали на это. Исчезли все знакомые лесные тропинки, замолкли птичьи голоса. Из глубины зарослей потянуло холодным ветром, но листва деревьев, словно не замечая этого движения воздуха, оставалась неподвижной. А вот посох становился все теплее, намекая, что хозяин на верном пути. Теперь нужно было сосредоточиться, выбросить из головы мельтешение посторонних мыслей и полностью расслабить руку, державшую посох, чтобы дать ему возможность указать точное направление. Еще лучше закрыть глаза и представить, что находишься в темной комнате, но в Диком бору Андрей не рисковал прибегать к этому приему.

И в этот момент снова, как в утреннем сне, Андрей ощутил зов. Это было похоже на ветер, настойчиво дующий ему в спину, но никакого ветра не было. Однако по поляне, на которой он стоял, бежали ветровые стрелы, клонившие траву к земле, и все они указывали в ту часть поляны, где стояла одинокая ель, возвышавшаяся над остальным лесом.

Посох указывал то же самое направление, и потому Андрей не стал противиться зову. В конце концов, он проделал весь этот нелегкий путь для того, чтобы разузнать, что за странные события происходят в Диком бору.

Первый гриб он обнаружил метрах в сорока от сосны. Надо быть опытным грибником, очень любить это занятие, чтобы понять, что именно испытал Андрей, увидев в траве широкую шляпу большого белого гриба.

Сомнение пришло позже, когда он срезал гриб и стал внимательно его рассматривать со всех сторон. Слишком уж необычным было время для белых грибов. Да и место — заросшая травой поляна — тоже показалось ему неподходящим.

Но гриб выглядел вполне привычно — белая упругая мякоть на срезе, бугристая, губчатая снизу, шляпа. Вот только цвет вызывал некоторое сомнение. Если смотреть на ножку гриба под определенным углом, она начинала отдавать легкой голубизной, совершенно не свойственной белым грибам.